“Киевский вестник”. 1998. 12 дек.

Мирослав Скорик:

“Зачем, чтобы слушатель думал, кто глупый — он или композитор? Интервью вела Яна Иваницкая

Недавно в Киеве был Мирослав Скорик — известный украинский композитор, ныне живущий в Америке. Его приезд в Украину на этот раз был вызван сразу несколькими событиями: во-первых, в столице состоялся “Киев Музик Фест”, во-вторых, в программу фестиваля вошел авторский концерт М.Скорика и несколько творческих встреч в связи с 60-летием композитора.

— Мирослав Михайлович, как соотносятся в вас и композитор, и пианист, и дирижер?

— Я прежде всего — композитор. А пианист или дирижер — это дополнение, скорее всего вынужденное, чем желанное. Композитор — плохой дирижер. Любой. Я также был плохим, сейчас — немножко лучше. Но на Западе исполнителям платят намного больше, чем авторам. Так что приходится не только писать музыку, но и исполнять. Например, фортепиано я серьезно занялся лишь два года назад.

— Как можете охарактеризовать стиль, в котором вы работаете?

— Знаете, раньше всегда звучала современная музыка: во времена Моцарта о Бахе забывали, во времена Бетховена забывали о Моцарте. А сейчас наоборот — из современной музыки звучит лишь процентов пять (имею в виду музыку серьезную). Все остальное — поп, рэп, джаз. И композитор вынужден все это перевоплощать. Должен реагировать. Результат — коллажи, джазовые сочинения, реминисценции. И я имею на это право. Возможно, ошибаюсь, а может, и нет.

— Один из концертов вы посвятили Джорджу Гершвину — к 100-летию со дня его рождения. Все сочинения звучали в вашей обработке. Исполнял Львовский оркестр Высшего музыкального института.

— Этот оркестр исполняет все — от классики до джаза. Хотя, надо сказать, в Нью-Йорке сейчас лишь четыре джазовых клуба с зальчиками на 30-40 мест, где играют только негры. Это и есть настоящий джаз. А все остальное — псевдо. Это просто эстрадная музыка.

— Ваше мнение по поводу современных техник исполнения — это шаг вперед или назад?

— На этот вопрос даст ответ история. Но мне по душе слова Жана-Поля Сартра: “Наше время так бежит вперед, что если ты немного отстал, у тебя есть шанс оказаться впереди”.

— Каково сегодня состояние украинской музыки вообще?

— Это зависит от контекста мировой музыки. Сегодня очень тяжело пробиться с серьезной музыкой. Нет критериев. Сейчас в мире очень много “дутых” величин. Я бы мог даже назвать фамилии, но не делаю этого, потому что скажут: “Это он из зависти”.

— Каково ваше окружение?

— Олег Криса (скрипка), хорошие взаимоотношения с Николаем Суком (фортепиано), с Квартетом имени Николая Леонтовича, пианистом Владимиром Винницким.

— Вы назвали лишь исполнителей. А как относитесь к исполнительской интерпретации ваших сочинений и соглашаетесь ли с высказыванием, что исполнитель является соавтором произведения?

— Считаю, что каждый исполнитель должен воссоздавать свою концепцию. Если я уже вижу, что ни то ни се... Но я довольно свободно отношусь даже к темпам. Все зависит от исполнителей.

— Чем является, по-вашему, музыка?

— Отвечу словами Толстого: “Музыка — это стенография чувств”. Я считаю чувства важнейшими. Потому что философия также базируется на чувствах — это мое мнение.

— Многие композиторы используют в своих сочинениях чужие темы, переосмысливая их по-своему. Но все же это темы чужие. Как относитесь к этому?

— Раньше был против. Говорил: “Если мы будем включать чужие темы в свои произведения, то грядущим поколениям ничего не останется вкладывать в свои сочинения из наших”. Теперь считаю, что можно. Но в меру и со вкусом.

— Говорят, музыка влияет на энергетическое поле человека. Какая же тогда ответственность перед слушателем должна быть у композитора?

— Не более, чем у любого порядочного человека. Так как человек должен быть порядочным. Поэтому и композитор должен честно писать музыку и не обманывать. Зачем, чтобы слушатель слушал, верил, а затем, прозрев, думал, кто же глупый — я или композитор?

— Ваше отношение к работе композитора с компьютером?

— Компьютер — это печатная машинка. Функция у него та же. А в музыке он не нужен. Хотя есть композиторы, которые им увлекаются. Например, заказывают все комбинации из восьми нот. Затем слушают две тысячи их версий. Но я считаю, что мозг может сделать то же.

— А не угрожает ли живой музыке вытеснение ее из концертов компьютерами?

— Нет. Человечество очень консервативно. Шаг вперед — два назад.

— Последний курьез из вашей жизни?

— Недавно вышла афиша: “Концерт, посвященный 200-летию творческой деятельности Мирослава Скорика”...

— И последнее: Мирослав Михайлович, каков ваш творческий принцип?

— Я — за интуицию. Надо писать то, что хотят чувства, а остальное оставлять критикам и публике.

Интервью вела Яна Иваницкая



© 2004-2005. Все права защищены.
Developed by Treastal.